Неточные совпадения
Когда дорога понеслась узким оврагом в чащу огромного заглохнувшего леса и он увидел вверху, внизу, над собой и под собой трехсотлетние дубы, трем человекам в обхват, вперемежку с пихтой, вязом и осокором, перераставшим вершину тополя, и когда
на вопрос: «Чей лес?» — ему сказали: «Тентетникова»; когда, выбравшись из леса, понеслась дорога лугами, мимо осиновых рощ, молодых и старых ив и лоз, в виду тянувшихся вдали возвышений, и перелетела мостами в
разных местах одну и
ту же реку, оставляя ее
то вправо,
то влево от себя, и когда
на вопрос: «Чьи луга и поемные места?» — отвечали ему: «Тентетникова»; когда поднялась потом дорога
на гору и пошла по ровной возвышенности с одной стороны мимо неснятых хлебов: пшеницы, ржи и ячменя, с другой же стороны мимо всех прежде проеханных им мест, которые все вдруг показались в картинном отдалении, и когда, постепенно темнея, входила и вошла потом дорога под тень широких развилистых дерев, разместившихся врассыпку по зеленому ковру до самой деревни, и замелькали кирченые избы мужиков и крытые красными крышами господские строения; когда пылко забившееся сердце и без вопроса знало, куды приехало, — ощущенья, непрестанно накоплявшиеся, исторгнулись наконец почти такими словами: «Ну, не дурак ли я был доселе?
Иногда, глядя с крыльца
на двор и
на пруд, говорил он о
том, как бы хорошо было, если бы вдруг от дома провести подземный ход или чрез пруд выстроить каменный мост,
на котором бы были по обеим сторонам лавки, и чтобы в них сидели купцы и продавали
разные мелкие товары, нужные для крестьян.
Какие бывают эти общие залы — всякий проезжающий знает очень хорошо:
те же стены, выкрашенные масляной краской, потемневшие вверху от трубочного дыма и залосненные снизу спинами
разных проезжающих, а еще более туземными купеческими, ибо купцы по торговым дням приходили сюда сам-шест и сам-сём испивать свою известную пару чаю;
тот же закопченный потолок;
та же копченая люстра со множеством висящих стеклышек, которые прыгали и звенели всякий раз, когда половой бегал по истертым клеенкам, помахивая бойко подносом,
на котором сидела такая же бездна чайных чашек, как птиц
на морском берегу;
те же картины во всю стену, писанные масляными красками, — словом, все
то же, что и везде; только и разницы, что
на одной картине изображена была нимфа с такими огромными грудями, каких читатель, верно, никогда не видывал.
Пробовалось сообщить ему множество
разных выражений:
то важное и степенное,
то почтительное, но с некоторою улыбкою,
то просто почтительное без улыбки; отпущено было в зеркало несколько поклонов в сопровождении неясных звуков, отчасти похожих
на французские, хотя по-французски Чичиков не знал вовсе.
Ему казалось, что и важничал Федор Федорович уже чересчур, что имел он все замашки мелких начальников, как-то: брать
на замечанье
тех, которые не являлись к нему с поздравленьем в праздники, даже мстить всем
тем, которых имена не находились у швейцара
на листе, и множество
разных тех грешных принадлежностей, без которых не обходится ни добрый, ни злой человек.
Ведь известно, зачем берешь взятку и покривишь душой: для
того чтобы жене достать
на шаль или
на разные роброны, провал их возьми, как их называют.
Собакевич отвечал, что Чичиков, по его мнению, человек хороший, а что крестьян он ему продал
на выбор и народ во всех отношениях живой; но что он не ручается за
то, что случится вперед, что если они попримрут во время трудностей переселения в дороге,
то не его вина, и в
том властен Бог, а горячек и
разных смертоносных болезней есть
на свете немало, и бывают примеры, что вымирают-де целые деревни.
И вот
те деньги, которые бы поправили сколько-нибудь дело, идут
на разные средства для приведения себя в забвенье.
Когда все это было внесено, кучер Селифан отправился
на конюшню возиться около лошадей, а лакей Петрушка стал устроиваться в маленькой передней, очень темной конурке, куда уже успел притащить свою шинель и вместе с нею какой-то свой собственный запах, который был сообщен и принесенному вслед за
тем мешку с
разным лакейским туалетом.
А между
тем появленье смерти так же было страшно в малом, как страшно оно и в великом человеке:
тот, кто еще не так давно ходил, двигался, играл в вист, подписывал
разные бумаги и был так часто виден между чиновников с своими густыми бровями и мигающим глазом, теперь лежал
на столе, левый глаз уже не мигал вовсе, но бровь одна все еще была приподнята с каким-то вопросительным выражением.
Покамест ему подавались
разные обычные в трактирах блюда, как-то: щи с слоеным пирожком, нарочно сберегаемым для проезжающих в течение нескольких неделей, мозги с горошком, сосиски с капустой, пулярка жареная, огурец соленый и вечный слоеный сладкий пирожок, всегда готовый к услугам; покамест ему все это подавалось и разогретое, и просто холодное, он заставил слугу, или полового, рассказывать всякий вздор — о
том, кто содержал прежде трактир и кто теперь, и много ли дает дохода, и большой ли подлец их хозяин;
на что половой, по обыкновению, отвечал: «О, большой, сударь, мошенник».
— Да с год. Ну да уж зато памятен мне этот год; наделал он мне хлопот, не
тем будь помянут! Ведь есть, право, этакие люди, у которых
на роду написано, что с ними должны случаться
разные необыкновенные вещи!
Однажды, наскучив бостоном и бросив карты под стол, мы засиделись у майора С*** очень долго; разговор, против обыкновения, был занимателен. Рассуждали о
том, что мусульманское поверье, будто судьба человека написана
на небесах, находит и между нами, христианами, многих поклонников; каждый рассказывал
разные необыкновенные случаи pro [за (лат.).] или contra. [против (лат.).]
— Да-да-да! Не беспокойтесь! Время терпит, время терпит-с, — бормотал Порфирий Петрович, похаживая взад и вперед около стола, но как-то без всякой цели, как бы кидаясь
то к окну,
то к бюро,
то опять к столу,
то избегая подозрительного взгляда Раскольникова,
то вдруг сам останавливаясь
на месте и глядя
на него прямо в упор. Чрезвычайно странною казалась при этом его маленькая, толстенькая и круглая фигурка, как будто мячик, катавшийся в
разные стороны и тотчас отскакивавший от всех стен и углов.
Да,
разные дела
на память в книгу вносим,
Забудется
того гляди.
Здесь же нашла место и высокая конторка, какая была у отца Андрея, замшевые перчатки; висел в углу и клеенчатый плащ около шкафа с минералами, раковинами, чучелами птиц, с образцами
разных глин, товаров и прочего. Среди всего,
на почетном месте, блистал, в золоте с инкрустацией, флигель Эрара. [
То есть фортепиано французского мастера музыкальных инструментов Эрара.]
Несмотря
на все это,
то есть что Захар любил выпить, посплетничать, брал у Обломова пятаки и гривны, ломал и бил
разные вещи и ленился, все-таки выходило, что он был глубоко преданный своему барину слуга.
Между
тем в траве все двигалось, ползало, суетилось. Вон муравьи бегут в
разные стороны так хлопотливо и суетливо, сталкиваются, разбегаются, торопятся, все равно как посмотреть с высоты
на какой-нибудь людской рынок:
те же кучки,
та же толкотня, так же гомозится народ.
Там нашли однажды собаку, признанную бешеною потому только, что она бросилась от людей прочь, когда
на нее собрались с вилами и топорами, исчезла где-то за горой; в овраг свозили падаль; в овраге предполагались и разбойники, и волки, и
разные другие существа, которых или в
том краю, или совсем
на свете не было.
Тогда еще он был молод, и если нельзя сказать, чтоб он был жив,
то, по крайней мере, живее, чем теперь; еще он был полон
разных стремлений, все чего-то надеялся, ждал многого и от судьбы, и от самого себя; все готовился к поприщу, к роли — прежде всего, разумеется, в службе, что и было целью его приезда в Петербург. Потом он думал и о роли в обществе; наконец, в отдаленной перспективе,
на повороте с юности к зрелым летам, воображению его мелькало и улыбалось семейное счастие.
Илья Ильич завел даже пару лошадей, но, из свойственной ему осторожности, таких, что они только после третьего кнута трогались от крыльца, а при первом и втором ударе одна лошадь пошатнется и ступит в сторону, потом вторая лошадь пошатнется и ступит в сторону, потом уже, вытянув напряженно шею, спину и хвост, двинутся они разом и побегут, кивая головами.
На них возили Ваню
на ту сторону Невы, в гимназию, да хозяйка ездила за
разными покупками.
Что касается оброка,
то Затертый писал, что денег этих собрать нельзя, что мужики частью разорились, частью ушли по
разным местам и где находятся — неизвестно, и что он собирает
на месте деятельные справки.
Там есть и добрая волшебница, являющаяся у нас иногда в виде щуки, которая изберет себе какого-нибудь любимца, тихого, безобидного, другими словами, какого-нибудь лентяя, которого все обижают, да и осыпает его, ни с
того ни с сего,
разным добром, а он знай кушает себе да наряжается в готовое платье, а потом женится
на какой-нибудь неслыханной красавице, Милитрисе Кирбитьевне.
Почтмейстер. Знаю, знаю… Этому не учите, это я делаю не
то чтоб из предосторожности, а больше из любопытства: смерть люблю узнать, что есть нового
на свете. Я вам скажу, что это преинтересное чтение. Иное письмо с наслажденьем прочтешь — так описываются
разные пассажи… а назидательность какая… лучше, чем в «Московских ведомостях»!
Анна Андреевна, жена его, провинциальная кокетка, еще не совсем пожилых лет, воспитанная вполовину
на романах и альбомах, вполовину
на хлопотах в своей кладовой и девичьей. Очень любопытна и при случае выказывает тщеславие. Берет иногда власть над мужем потому только, что
тот не находится, что отвечать ей; но власть эта распространяется только
на мелочи и состоит в выговорах и насмешках. Она четыре раза переодевается в
разные платья в продолжение пьесы.
Но молодой человек, как кажется, хотел во что бы
то ни стало развеселить меня: он заигрывал со мной, называл меня молодцом и, как только никто из больших не смотрел
на нас, подливал мне в рюмку вина из
разных бутылок и непременно заставлял выпивать.
Воз был увязан. Иван спрыгнул и повел за повод добрую, сытую лошадь. Баба вскинула
на воз грабли и бодрым шагом, размахивая руками, пошла к собравшимся хороводом бабам. Иван, выехав
на дорогу, вступил в обоз с другими возами. Бабы с граблями
на плечах, блестя яркими цветами и треща звонкими, веселыми голосами, шли позади возов. Один грубый, дикий бабий голос затянул песню и допел ее до повторенья, и дружно, в раз, подхватили опять с начала
ту же песню полсотни
разных, грубых и тонких, здоровых голосов.
Узнав, что доктор еще не вставал, Левин из
разных планов, представлявшихся ему, остановился
на следующем: Кузьме ехать с запиской к другому доктору, а самому ехать в аптеку за опиумом, а если, когда он вернется, доктор еще не встанет,
то, подкупив лакея или насильно, если
тот не согласится, будить доктора во что бы
то ни стало.
Кроме
того, мужики эти всё откладывали под
разными предлогами условленную с ними постройку
на этой земле скотного двора и риги и оттянули до зимы.
Народу было пропасть, и в кавалерах не было недостатка; штатские более теснились вдоль стен, но военные танцевали усердно, особенно один из них, который прожил недель шесть в Париже, где он выучился
разным залихватским восклицаньям вроде: «Zut», «Ah fichtrrre», «Pst, pst, mon bibi» [«Зют», «Черт возьми», «Пст, пст, моя крошка» (фр.).] и т.п. Он произносил их в совершенстве, с настоящим парижским шиком,и в
то же время говорил «si j’aurais» вместо «si j’avais», [Неправильное употребление условного наклонения вместо прошедшего: «если б я имел» (фр.).] «absolument» [Безусловно (фр.).] в смысле: «непременно», словом, выражался
на том великорусско-французском наречии, над которым так смеются французы, когда они не имеют нужды уверять нашу братью, что мы говорим
на их языке, как ангелы, «comme des anges».
(Василий Иванович уже не упомянул о
том, что каждое утро, чуть свет, стоя о босу ногу в туфлях, он совещался с Тимофеичем и, доставая дрожащими пальцами одну изорванную ассигнацию за другою, поручал ему
разные закупки, особенно налегая
на съестные припасы и
на красное вино, которое, сколько можно было заметить, очень понравилось молодым людям.)
Не хватало рук для жатвы: соседний однодворец, с самым благообразным лицом, порядился доставить жнецов по два рубля с десятины и надул самым бессовестным образом; свои бабы заламывали цены неслыханные, а хлеб между
тем осыпался, а тут с косьбой не совладели, а тут Опекунский совет [Опекунский совет — учреждение, возглавлявшее Московский воспитательный дом, при котором была ссудная касса, производившая
разного рода кредитные операции: выдачу ссуд под залог имений, прием денежных сумм
на хранение и т.д.] грозится и требует немедленной и безнедоимочной уплаты процентов…
Разговаривал я с ней, правда, мало, больше так
на нее смотрел; но читал ей вслух
разные трогательные сочинения, пожимал ей украдкой руки, а по вечерам мечтал с ней рядом, упорно глядя
на луну, а не
то просто вверх.
— Оригинал, оригинал! — подхватил он, с укоризной качая головой… — Зовут меня оригиналом…
На деле-то оказывается, что нет
на свете человека менее оригинального, чем ваш покорнейший слуга. Я, должно быть, и родился-то в подражание другому… Ей-богу! Живу я тоже словно в подражание
разным мною изученным сочинителям, в поте лица живу; и учился-то я, и влюбился, и женился, наконец, словно не по собственной охоте, словно исполняя какой-то не
то долг, не
то урок, — кто его разберет!
«Здесь продаются
разных мастей лошади, приведенные
на Лебедянскую ярмарку с известного степного завода Анастасея Иваныча Чернобая, тамбовского помещика. Лошади сии отличных статей; выезжены в совершенстве и кроткого нрава. Господа покупатели благоволят спросить самого Анастасея Иваныча; буде же Анастасей Иваныч в отсутствии,
то спросить кучера Назара Кубышкина. Господа покупатели, милости просим почтить старичка!»
— Да ты
на недоуздках так их и выведи! — закричал ему вслед г-н Чернобай. — У меня, батюшка, — продолжал он, ясно и кротко глядя мне в лицо, — не
то, что у барышников, чтоб им пусто было! у них там имбири
разные пойдут, соль, барда [От барды и соли лошадь скоро тучнеет. — Примеч. авт.], бог с ними совсем!.. А у меня, изволишь видеть, все
на ладони, без хитростей.
— Ну и черт с ним, — тихо ответил Иноков. — Забавно это, — вздохнул он, помолчав. — Я думаю, что мне тогда надобно было врага — человека,
на которого я мог бы израсходовать свою злость. Вот я и выбрал этого… скота.
На эту
тему рассказ можно написать, — враг для развлечения от… скуки, что ли? Вообще я много выдумывал
разных… штучек. Стихи писал. Уверял себя, что влюблен…
Это повторялось
на разные лады, и в этом не было ничего нового для Самгина. Не ново было для него и
то, что все эти люди уже ухитрились встать выше события, рассматривая его как не очень значительный эпизод трагедии глубочайшей. В комнате стало просторней, менее знакомые ушли, остались только ближайшие приятели жены; Анфимьевна и горничная накрывали стол для чая; Дудорова кричала Эвзонову...
До Риги ехали в
разных вагонах, а в Риге Самгин сделал внушительный доклад Кормилицыну, настращал его возможностью и даже неизбежностью
разных скандалов, несчастий, убедил немедленно отправить беженцев
на Орел, сдал
на руки ему Осипа и в
тот же вечер выехал в Петроград, припоминая и взвешивая все, что дала ему эта поездка.
Самгин шел тихо, как бы опасаясь расплескать
на ходу все
то, чем он был наполнен. Большую часть сказанного Кутузовым Клим и читал и слышал из
разных уст десятки раз, но в устах Кутузова эти мысли принимали как бы густоту и тяжесть первоисточника. Самгин видел пред собой Кутузова в тесном окружении раздраженных, враждебных ему людей вызывающе спокойным, уверенным в своей силе, — как всегда, это будило и зависть и симпатию.
Разного роста, различно одетые, они все были странно похожи друг
на друга, как солдаты одной и
той же роты.
Теперь мы отойдем от них, зная, что им нужно быть вместе одним. Много
на свете слов
на разных языках и
разных наречиях, но всеми ими, даже и отдаленно, не передашь
того, что сказали они в день этот друг другу.
Кожа акулы очень ценится столярами для полировки дерева; кроме
того, ею обивают
разные вещи; в Японии обтягивают сабли. Мне один японец подарил маленький баул, обтянутый кожей акулы; очень красиво, похоже немного
на тисненый сафьян. Мне показали потом маленькую рыбку, в четверть аршина величиной, найденную прилипшею к спине акулы и одного цвета со спиной. У нас попросту называли ее прилипалой.
На одной стороне ее был виден оттиск шероховатой кожи акулы.
На ночь нас развели по
разным комнатам. Но как особых комнат было только три, и в каждой по одной постели,
то пришлось по одной постели
на двоих. Но постели таковы, что
на них могли бы лечь и четверо.
На другой день, часу в восьмом, Ферстфельд явился за нами в кабриолете,
на паре прекрасных лошадей.
Метисы — это пересаженные
на манильскую почву, с
разных других мест, цветки,
то есть смесь китайцев, испанцев и других племен с индийцами.
Все они,
на разных языках, больше по-французски и по-английски, очень плохо
на том и другом, навязывались в проводники.
Если много явилось и исчезло
разных теорий о любви, чувстве, кажется, таком определенном, где форма, содержание и результат так ясны,
то воззрений
на дружбу было и есть еще больше.
Много ужасных драм происходило в
разные времена с кораблями и
на кораблях. Кто ищет в книгах сильных ощущений, за неимением последних в самой жизни,
тот найдет большую пищу для воображения в «Истории кораблекрушений», где в нескольких
томах собраны и описаны многие случаи замечательных крушений у
разных народов. Погибали
на море от бурь, от жажды, от голода и холода, от болезней, от возмущений экипажа.
Капштатский рынок каждую субботу наводняется привозимыми изнутри,
то сухим путем,
на быках,
то из порта Елизабет и Восточного Лондона,
на судах, товарами для вывоза в
разные места.
Кроме
того, были наставлены
разные миниатюрные столики, коробки, как игрушки;
на них воткнуты цветы, сделанные из овощей и из материй очень искусно.